Расцвет города начался с поражения. После Опиумной войны 1840-х годов Китай был вынужден открыть пять портов для иностранной торговли – в их числе оказался Шанхай. С 1849 года здесь существовали два иностранных анклава: Международный сеттльмент и Французская концессия. Британцы, американцы, французы принесли капитал и архитектуру. К началу XX века Шанхай стал одним из главных финансовых центров мира – «Чикаго Востока» и «Восточным Парижем» одновременно.

Архитектура – главный туристический ресурс города. Шанхай является одним из мировых центров ар-деко: набережная Бунд с её колониальными фасадами, апартаменты Французской концессии, дома шикумэнь – гибрид европейского кирпичного особняка и китайского двора. Снаружи – Европа, внутри – Китай. Именно в этой двойственности и заключается архитектурная уникальность города. Из подлинно древних объектов сохранились 400-летний Сад радости и храм Цзинъань, хотя последний был полностью воссоздан в 1980-х.

Отдельный туристический пласт – история эмиграции. В 1930-х русская община насчитывала около 20 000 человек: здесь работали архитекторы, играл джазовый оркестр, пел Александр Вертинский. В конце 1930-х Шанхай стал одним из немногих мест в мире, куда еврейские беженцы из Европы могли въехать без визы – более 20 000 человек нашли здесь убежище. Район Хункоу, где существовало «еврейское гетто», сегодня – полноценный музейный маршрут.

Городские музеи во многом бесплатны: исторический музей, музей естественной истории, музей агитационных плакатов, музей еврейских беженцев. За пределами мегаполиса – водные города Чжуцзяцзяо, Сучжоу и Тунли с каменными мостами и каналами. Для тех, кто интересуется архитектурными курьёзами – пригороды Темз-Таун и Холланд-Таун: китайские копии викторианской Англии и нидерландского городка с ветряной мельницей.

Шанхай действительно не похож на остальной Китай – и именно это делает его самостоятельным направлением, а не транзитной точкой.

По материалам Дзен-канала: «Зачем я там была?»